?

Log in

Ad majorem Dei gloriam!
"Я не верю в правду победителей. Я не верю в правду побежденных. И те, и другие равно лгут." Галдор
ПЛАНЕТЫ РАЗНОЦВЕТНЫХ СОЛНЦ 
26th-Apr-2015 04:08 pm
Angermund
Пейзаж Луны, освещенный Землей on Flickr.
Когда стоит задача хотя бы вкратце рассказать о творчестве того или иного художника, прежде всего стараешься оценить, в какой мере ему удалось передать реальность окружающего мира. Но вот — одна картина, вторая, третья, десятая… Глядя на полотна зритель будто заглядывает в окна, распахнутые в совершенно иные миры.

Вот планеты Синего и Оранжевого Солнц, а вот мир Зеленого светила. Посмотрите на следующую картину — и вы окажетесь в удивительном мире Голубого Солнца. А это — зрелище поистине вселенского размаха: взрыв сверхновой звезды. Еще полотно — и мы становимся свидетелями рождения неведомой планеты.



Все это — произведения художника-фантаста Г. И. Курнина. Более двадцати лет творчества посвятил он космической теме. Его полотна были удостоены первой премии на международном конкурсе “Мир завтрашнего дня”. Выставки Курнина неоднократно устраивались у нас в стране и за рубежом. Репродукции его картин можно увидеть на страницах популярных журналов, выходящих миллионными тиражами. В адрес художника, живущего в Сочи, идут многочисленные письма. Советских и зарубежных почитателей его творчества интересует, как рождается замысел фантастических картин, являются ли полотна художника только плодом воображения или его живописные фантазии основываются на научных данных, многие другие вопросы.

Примечательно, что большой интерес к работам Курнина проявляют летчики-космонавты, астрономы, физики, специалисты по космической технике, писатели-фантасты. Ими живо интересуется и молодежь.
Чем же вызнано внимание к творчеству художника людей, столь разных и по роду деятельности, и по возрасту, и по складу характера, и по эстетическим запросам? Думается, что ответы на эти вопросы содержатся в самих произведениях Курнина. Первая его картина на космическую тему “Пейзаж Луны” появилась как результат своеобразного синтеза тщательного изучения научных данных и творческого воображения. Картина эта была написана еще до того, как на Луне побывали космические аппараты и весь мир обошли крупномасштабные фотографии нашего естественного спутника. Однако уже тогда художнику удалось создать правдивую картину мира, отдаленного от нас колоссальным пространством. Впрочем, космонавты и астрономы удивляются не только и не столько этому. Их привлекают красота и величие созданного художником лунного пейзажа, разнообразие его красок и полутонов. Перед нами перевал лунного цирка. Острые скалы. Резкие переходы от света к тени, смягченные сиянием матового диска Земли. Черное бархатное небо с ослепительно яркими звездами. На кромке лунного цирка — группа астронавтов.
В данном случае художнику (как это, впрочем, не раз бывало и в творчестве писателей-фантастов) удалось предугадать то, что подтвердилось впоследствии.
Но вот другая картина — “Планета Голубого Солнца”.
…Залив внеземного моря, огражденный огромными кристаллическими утесами. Они напоминают гигантские постройки, воздвигнутые неведомыми существами. Голубое светило, опускающееся за горизонт, освещает все вокруг мерцающим светом. Мир этот необычен и странен. Чуткие уши земных радиотелескопов не услышали еще его дыхания, не добрались сюда и космические аппараты с Земли. Да и существует ли этот мир на самом деле? На этот вопрос не может быть точного ответа, но не исключено, что существует. У фантастики Курнина реальные корни. Художником прочитано множество книг и статей по астрономии и теории межпланетных полетов, космической биологии, ракетной технике, изучены материалы многочисленных дискуссий по проблемам внеземных цивилизаций, собраны сведения об этапных космических полетах.
Живописью Курнин занимается давно — более сорока лет. Однако наиболее плодотворными художник считает два последних десятилетия, когда он всецело посвятил себя разработке космической темы. “Конечно, — признается Курнин, — я бы не смог всерьез взяться за нее, если бы к этому времени не сформировался как художник”.
Георгий Иванович Курнин родился 26 ноября 1915 года в Ташкенте в рабочей семье. Отец Курнина, маляр высокой квалификации, был образованным по тем временам человеком. Он страстно увлекался живописью, все свободное время посвящал работе над этюдами и чтению. Будущий художник рано научился читать, а еще раньше — рисовать. Первыми книжками, которые прочитал Курнин, стали сказки. “Конек-горбунок”, “Сказка о царе Салтане”, “Аленький цветочек”… Потом были К. Фламмарион, Жюль Верн, А. Беляев, Г. Уэллс. Царевен и витязей сменили в альбомах будущего художника рисунки космических аппаратов и чудища из неведомых миров. Так впервые Курнин приобщился к фантастике. Работы Курнина-школьника выставлялись на областных и республиканских выставках, отмечались дипломами и премиями. Они были замечены художником С. С. Развадовским, который много занимался с юношей, а после окончания школы рекомендовал его в Ташкентское художественное училище. Досрочно закончив отделение живописи, юноша считал себя еще недостаточно подготовленным к большой работе. Ему хотелось глубже изучить творчество великих мастеров прошлого. Курнин поступает на факультет теории и истории искусств Среднеазиатского государственного университета (ныне Ташкентский университет им. В. И. Ленина). Получив диплом искусствоведа, он становится преподавателем и продолжает увлеченно заниматься живописью. Шефство над Курниным берут известные художники П. П. Бельков, А. В. Николаев, В. И. Уфимцев. Сначала вместе с ними, а потом и самостоятельно Курнин много путешествует но Средней Азии. В поездках рождается серия его среднеазиатских пейзажей.
Затем художника постигло несчастье. Тяжелая травма надолго лишила его возможности двигаться. По настоятельной рекомендации врачей Курнин переезжает на Черноморское побережье, в Сочи. Тогда, в начале 1950-х годов, внимание художника все более привлекают проблемы космических полетов. В скромной квартире на одной из приморских улиц Сочи делаются первые наброски живописных фантастических композиций, которые впоследствии критики назовут “космическими симфониями”. Для тех лет решение посвятить свое творчество космосу было довольно дерзким, так как эра освоения межпланетного пространства еще не началась, мы только стояли на ее пороге. Изобразительное искусство в этом отношении не имело никаких традиций, произведений па эту тему не существовало, за исключением иллюстраций к некоторым литературным произведениям.
В творческом багаже Курнина немало интересных оригинальных полотен. Начинал он как художник-жанрист. Потом посвятил себя пейзажу Средней Азии. Природа этого удивительного и огромного края покорила его. Покорила прежде всего своими контрастами. Его поражало буйство красок оазисов и величавое однообразие пустынь. Его одинаково захватывали и бурные ритмы жизни плодородных долин, и горделивое молчание гор. Этими контрастами отмечены пейзажи Курнина, над которыми он работал в Средней Азии. Контрасты он искал и позже, когда переехал на Черноморское побережье Кавказа. Созданные здесь произведения можно назвать поиском необычного в обычном. Вот море, залитое июльским солнцем. Пустынный берег с раскаленной галькой. Над берегом колышется легкое марево — еле уловимые, хрустально-прозрачные извивающиеся струи воздуха. Художник пытается сделать их более зримыми, осязаемыми, материальными. В этих серебристых струях, тянущихся от раскаленной земли, мы видим как бы сгущенное марево, его конденсат. Перед нами гипербола природного явления. В результате — ощущение не просто реальности, а сверхреалности, особой осязаемости происходящего.
Найти необычное в обычном — такую задачу ставил перед собой Курнин, работая над некоторыми земными пейзажами. Теперь, когда он обратился к фантазиям на космические темы, его творческую сверхзадачу можно сформулировать так»: увидеть знакомое в необычном. Думается, что эти две задачи тесно связаны, одна является продолжением другой. Заглянуть в мир, который существует где-то в неоглядной дали, в мир, который нередко только предполагается, — решению этой творческой проблемы подчинен живописный язык Курнина.
Пейзаж “Закат солнца на планете Венера” появился еще в то время, когда в сторону этой планеты не запускались космические зонды.
Что было тогда известно о Венере художнику? Курнин рассуждал приблизительно так: при наличии мощного плотного слоя атмосферы солнце будет высвечивать в облаках лишь то место, над которым оно находится. Большие температуры на поверхности планеты, доходящие до 500° С, означают, что легкоплавкие металлы окажутся в жидком состоянии, а каменные массы — раскаленными и спекшимися. Очевидно должны быть вулканы.
Колорит картины выдержан в необычных красноватых тонах. На переднем плане озеро расплавленного металла, окруженное раскаленными скалами, края которых тоже оплавлены. Дальше — скалы, за которыми видно уходящее вглубь ущелье. А надо всем этим низкие плотные облака, сквозь которые просвечивает огромное заходящее солнце.
Когда спустя многие годы с художником встретились астрономы, исследовавшие данные космических зондов, запущенных к Венере, они подтвердили, что мир этой планеты должен выглядеть именно так.
Конечно, не все на живописных фантазий Курнина можно проверить данными науки. Да и когда еще побывают экспедиции на планетах Голубого или Зеленого Солнц, на планете с тремя Лунами? Впрочем, есть ли эти планеты?
Художник верит, что они существуют. И силой своих образов хочет увлечь и убедить также и зрителя. Так появляются его картины о других галактиках, о встречах с неведомыми формами жизни. На картинах Курнина мы иногда видим людей, которые не затерялись в безграничных далях Вселенной, а нашли то, что искали…
Все это сегодня только мечта. Но ведь еще вчера полеты к Луне, Венере, Марсу тоже казались мечтой, а сегодня стали действительностью!
АЛЕКСАНДР ЛАБЗИН.  кандидат искусствоведения 
Пожалуй, никто в прошлом так точно и с такой тщательностью не регистрировал необыкновенные небесные явления, как древние астрономы Востока, По единодушному утверждению хроник, в 1054 году в созвездии Тельца засияла очень яркая, никем не виденная ранее звезда-гостья.
По блеску она превосходила Венеру и некоторое время была третьим, после Солнца и Луны, светилом. Позднее выяснилось, что звезда-гостья — теперь ее называют сверхновой — вспыхнула в центре знаменитой Крабовидной туманности.
Эту вспышку — редчайшее явление во Вселенной — я увидел на полотне художника Георгия Ивановича Курнина. Мгновенное свечение сделало хрустальными громады скал и фиордов, подступивших к морю (“Взрыв сверхновой звезды”).
Я не берусь судить о мастерстве Курнина как искусствовед или художник. Тема его произведений близка мне как космонавту. Не раз я пытался представить себе, какими могли бы быть проявления жизни на других планетах, в других галактиках. Курнин показывает нам миры Синего Солнца, Желтого Солнца. Рубиново-Красного Солнца… Работы очень различны и по цвету и по композиции, но все они как бы слились в единую симфонию космоса.
Меня убедило в правдивости, если так можно выразиться, фантазии художника точно переданное переплетение света и тени, мягкий переход от одного тона к другому. Именно такая переливчатая гамма цветов видится человеку, побывавшему в космосе. Контрастом по сравнению с первым полотном, написанным в холодных синих тонах, представляется “Закат па планете Большого Красного Солнца”. Огромный багровый диск застыл над горизонтом, отдавая последнее тепло лианоподобным растениям, как бы прощающимся с ним.
Я не без удивления узнал, что Георгий Иванович сначала “слышит” картину, ярко представляя цвет в музыке, и лишь потом пишет ее. Так Блок слышал еще не созданные стихотворения, так Скрябин “пробовал” цвета на слух.
Услышанный и представленный до мельчайших подробностей космический сюжет художник “выплескивает” на большой холст. Его фантастические симфонии ложатся на просторные, размером 2×3 метра, холсты.
И еще одна особенность, отличающая творчество этого фантаста. На его полотнах вы не увидите космической техники. Она осталась где-то за пределами картины. И это, на мой взгляд, естественно, правдиво. Человек, прилетевший на неизведанную планету, о которой столько мечталось, поначалу будет жадно осматриваться. Георгий Иванович очень точно передает настроение этих волнующих первых минут. Когда я разглядывал полотна в мастерской художника, мне подумалось: написать такое под силу только увлеченному, знающему, интересному человеку. И действительно, Георгий Иванович, посвятивший более двадцати лет своей жизни космической фантастике, оказался именно таким человеком. Он необыкновенно требователен к себе.
И я верю, что годы труда и упорного творческого поиска принесут заслуженное признание сочинскому фантасту.
В. И. СЕВАСТЬЯНОВ  летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза, кандидат технических наук


This entry was originally posted at http://mazzarino.dreamwidth.org/106805.html. Please comment there using OpenID.
Comments 
28th-Apr-2015 02:44 pm (UTC)
Красиво.)
29th-Apr-2015 08:00 pm (UTC)
Еще как!!! У меня в детстве эти открытки были))
29th-Apr-2015 08:17 pm (UTC)
Вот как?) А у меня были и есть открытки с цветами. Это мама собирала. А я добавила животных.)
29th-Apr-2015 08:27 pm (UTC)
Да.. таких у нас тож много было.. раньше открытки отличные были..
29th-Apr-2015 08:29 pm (UTC)
Согласна.)
10th-May-2015 08:57 pm (UTC)
Читая научно-фантастические книги, мы порой не задумывались, что иллюстрации в них не только помогали обрисовать воображаемый образ, они порой рисовались с душой и знанием дела.
10th-May-2015 10:41 pm (UTC)
Это факт!!!
This page was loaded Jul 25th 2017, 8:47 pm GMT.